студия Саратовтелефильм

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

"...Тем временем уже установили связь с Москвой, и о выполнении задания Титов доложил Хрущеву и Королеву..." - о режиссере Саратовского телевидения Геннадие Ерошкине (часть 2)

Здание было оцеплено, что не помешало Ерошкину за широкой спиной Шибаева проскочить охрану...

Утром того памятного дня 7 августа 1961 г. он с оператором Славой Никитиным на Саратовском аэродроме не мог дождаться начала посадки на самолет в Степное, где должен был снимать газовиков. Вылет без конца задерживали, ничего не объясняя, и понял Ерошкин, что дело не чисто. Не потому ли небо закрыли, что ожидали: может, и второй космонавт тоже приземлится в Заволжье. Начал действовать, кое-что разузнал в обкоме, позвонил на студию. Срочно подослали еще одного кинооператора Абузярова.
Угадал Геннадий Матвеевич: оказался единственным журналистом, не считая редактора «Коммуниста» Ширшина, когда первый секретарь обкома КПСС А.И. Шибаев срочно вылетел на место приземления. Будучи человеком пробивным, Ерошкин не только сам пробрался на обкомовский вертолет, но и Никитина с собой протащил. Второго оператора, правда, не смог, сказали, мест нет, но его камеру все же прихватили на всякий случай.
Сели прямо в Красном Куте на площадь рядом с райкомом, куда только что уже привезли Титова. Здание было оцеплено, что не помешало Ерошкину за широкой спиной Шибаева проскочить охрану, а зазевавшийся Никитин остался на улице. Все равно был при деле — снимал толпившийся народ.
Титов к тому времени уже высвободился из скафандра, но выглядел крайне неважно. Весь какой-то желтый, страшно усталый, потный. Попросил пить, но во всех графинах ни капли воды. Все мечутся по кабинетам, найти не могут. Хорошо хоть уборщица томатный сок принесла. И ведь никто из прилетевших саратовцев не вспомнил, что привезли целый ящик минералки. Обнаружили его только на обратном пути. Тогда же, обступив в райкоме космического героя, забыли обо всем. Тем временем  уже  установили  связь  с  Москвой,  и  о выполнении задания Титов доложил Хрущеву и Королеву. Толпа ликует, шумит, все хотят космонавта увидеть. А.И. Шибаев уже уговорил его лететь в Саратов, выступить на площади Революции, но прилетевший из Самары Каманин не разрешил. Конечно, первый секретарь обкома вскипел, в своих владениях он хозяин, но генерал разрешил Титову лишь пару минут выступить в Красном Куте.
Каманин взял Титова к себе в самолет. Туда с ним попрощаться пустили лишь Шибаева, телевизионщикам вход перекрыли. Но те не растерялись, успели домчаться до места приземления и увидеть космический снаряд.
— Круглый, снаружи металл весь оплавился, и какой-то деревенский возле него орудует. Его шуганули, но и самим путем разглядеть не удалось. Откуда ни возьмись, подъехала машина, выдвинула кран и погрузила снаряд в кузов.
Так слово за слово перебрали мы с Ерошкиным многие случаи из нашей телевизионной жизни. А у Геннадия Матвеевича на руках еще не распочатая папка с документами. Оказалось, что мы — земляки, по сибирским понятиям, конечно: он в Омске родился, а я на тысячу километров восточнее, на Енисее. И общие знакомые тут же отыскались — командир 130-го стрелкового корпуса, в составе которого я воевал, генерал-лейтенант Бранткалн приходился ему родным дядей по матери.
Однако самым необычным оказалось, что Ерошкин стал участником войны на второй день, как она началась. Листаю его солдатскую книжку и не перестаю удив-ляться. Первая запись в ней — «июнь 1941 года», когда ему, родившемуся 1 декабря 1926 года, всего-навсего 14 с половиной лет было. И вовсе не сыном полка был он зачислен в часть, подобного понятия тогда еще не было.
— Отец у меня военный, нигде подолгу не служил. Мотались мы по всей стране, и мне со школой приходилось приспосабливаться к кочевой жизни, учась экстерном, опередил ровесников и за 10 класс сдал экзамены раньше их. Отца перед войной в укрепрайон около Гродно направили, а семью он еще взять к себе не успел. Приехал я к нему на каникулы в субботу 21 июня. Встретил меня отец на вокзале, на квартиру отвел. Лег спать, договорившись, что утром он меня на рыбалку разбудит, а проснулся я сам от грохота рвавшихся за окном снарядов. Отца рядом не оказалось: по тревоге вызвали, все куда-то бегут, и я с ними, а куда, ни малейшего понятия. И где искать отца — не знаю. Но люди в военной форме были мне все равно как родные, да и одет я был «по-командирски»: и гимнастерка, и галифе, только пошитые по моему росту. Приютила меня одна военная часть, с которой вместе отступали, и никакой поблажки — карабин в руки, и действуй, парнишка, наравне со взрослыми…
Слушаю Геннадия Матвеевича и восхищаюсь им: ведь, по сути, мальчишкой прошел через ад войны и не растерял доброту человеческую. Удивительно искренне он рассказывает, как познакомился с будущей женой. Дай Бог нынче молодым такую возвышенность и чистоту чувств и такое бескорыстие, с каким он старается помочь каждому, кто в этом нуждается. Живет в нем нескончаемая любовь и доброжелательность к людям. Наделен Геннадий Матвеевич редчайшим талантом — во всех перипетиях не очень-то любезной нынче ко всем жизни остаться человеком.

Павел Робертович Летувет,
корреспондент

Персоналии, сотрудники студии документального кино "Саратовтелефильм", реклама Саратов съемки, видеосъемка, цифровое фото видео, цифровой монтаж в саратове, реклама видео Саратов, рекламный клип, видеосъемка на свадьбу, видеосъемка на день рождения, фотосъемка концерта, фотосъемка выступления, кино
 

сейчас на сайте

Сейчас 34 гостей онлайн