студия Саратовтелефильм

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Александр Синицын, ведущий телепередачи «Мы любим рисовать» на телевидении Саратова

Этюд о художнике

Он был преподавателем рисования и черчения. Никогда не занимал высоких постов, не носил громких званий. И всё же, спустя годы, людей разных возрастов и профессий связывает его имя: Александр Михайлович Синицын.
Александр Михайлович родился 15 апреля 1900 г. — ровесник века, свидетель века, пристрастный его летописец. В его архиве тетради с интереснейшими записями и рисунками.
Детские  годы  в  Минске.  Ёлки,  пасхальные  куличи,  литературные вечера. В 1910 г. его семья переезжает в Саратов. Дом на ул. Большой Казачьей, в котором они поселились, не сохранился, но, наверно, он не слишком отличался от своих уцелевших собратьев. А учиться ему предстояло во 2-й мужской гимназии. Были куплены серая повседневная форма, парадный синий мундир и ремень с фирменной пряжкой. Именно в гимназии он получил первые уроки изобразительного искусства и до конца своих дней помнил имя учителя Сергея Михайловича Савватеева. И еще с тех самых времен поселилась в его душе любовь к цирку. В дворовых представлениях он был и силачом, и борцом, и первым фокусником. А в 1914-м случайно познакомился со знаменитым Анатолием Дуровым. Даже выполнил первый профессиональный заказ: наброски карикатур на политических деятелей Австрии и Германии. На представлении артисту Дурову нужно было только обвести контур шаржа и получить восхищенные аплодисменты публики. Юный художник тоже был вознагражден постоянным пропуском в цирк.
В 1897 г. в Саратове открылось Боголюбовское рисовальное училище. Классы располагались в северной части художественного музея, и в перерыве студенты могли беспрепятственно изучать и копировать полотна мастеров. Александр Сини-цын стал первокурсником в 1914 г., а в 1917-м студенты уже писали плакаты «Вся власть Советам!». Многие, в том числе Синицын, стали красноармейцами, сражались на фронтах страны. В 1918 г. Боголюбовское рисовальное училище несколько раз поменяло название и адрес. Но братство боголюбовцев оказалось неподвласт-ным ни времени, ни расстояниям.
В. Аукштыкальнис (заслуженный артист РФ): Я пришел в художественное училище в 1950-м. В это время контингент учащихся был довольно пестрым. Здесь были студенты разных возрастов: демобилизованные с фронтов, кому за 30 и после школы, как я, 17-18-летние. Эта пестрая компания была в гимнастерках, сапогах. Но жизнь была интересная… Александр Михайлович Синицын — это был интеллигент в очень высоком понятии. С ним было интересно беседовать почти на любые темы. Нас объединял также интерес к истории Саратова. При встречах мне было его очень интересно слушать. Он был хорошим рассказчиком.
Мухин С.А. (преподаватель Саратовского художественного училища): Ему был присущ внутренний эстетизм. Он поднимал нас на порядок выше. Недаром он вел педагогику. В школе надо себя показать, держать, быть примером. Вот его внутреннее состояние переходило во внешность. Нас, ребят, это как-то подтягивало.
Таратухин С.К. (директор Саратовского художественного училища): Дол-гие годы Александр Михайлович Синицын, уже будучи в преклонном возрасте, приходил в училище. Буквально на всех встречах ветеранов войны и труда, которые мы организовывали в стенах училища, он приходил, и мы постоянно мечтали: вот когда-то мы будем жить в прекрасном здании училища, которое будет носить имя его основателя А.П. Боголюбова. И надо же! Слова Александра Михайловича Синицына оказались пророческими. Жалко, его нет среди нас. Вот бы мастер удивился, вот бы порадовался с нами!
Железовская Л.А.: Это был 46-й послевоенный год. Голодный. Люди были все одинаково бедны, но все стремились к знаниям. В классы пришли разные учителя, они поражали нас эрудицией, интеллектом. Мы всех помним.
Когда учитель приходит в класс, он проходит испытательный срок. Он вошел, поздоровался. И у него не было никакого испытательного срока, его приняли с первой минуты. Вот он вошел, и мы сразу увидели этого благородного, интеллигентного и, сразу видно, великодушного человека. И мы ему сдались. У нас сразу же установились доверительные отношения. Он относился к нам с уважением, нас это располагало к нему. А главное, мы почувствовали в нем одаренность, талант. Он был профессионал.
Апин В.А. (преподаватель Саратовского художественного училища): Я посылал свои рисунки на телепередачу «Мы любим рисовать». Александр Михайлович их оценивал, показывал на выставках, какие-то премии давал. Он был для меня первым учителем рисования.
Истомина Л.А. (преподаватель детской художественной школы): Я жила далеко от центра города и не могла учиться в художественной школе, а учиться рисовать очень хотелось. Телепередача «Мы любим рисовать» была для меня радо-стью. Я мечтала показать свои работы профессиональному преподавателю, худож-нику. Александр Михайлович был человек отзывчивый и писал в ответ мне крити-ческие замечания. Таким образом я смогла учиться профессиональному искусству.
Пашкина Т.А.: Когда я пришла работать редактором на ТВ, то у меня было та-кое ощущение, что Александр Михайлович Синицын на ТВ был всегда. Так получилось, что мне сразу доверили редактирование его передач. Я как молодой редактор не могла ничего не поправить, обязательно надо было в сценарном плане что-то поправить, потому что работа так называется — «редактор». Но сегодняшним умом своим, сегодняшним взглядом я понимаю, что Александр Михайлович был самодостаточным на телевидении, потому что его передача не требовала редактуры как таковой. Не надо было ничего править, не надо было ничего придумывать, не надо было даже оформлять. Она хороша была сама по себе рисунками детей, той искренностью, с которой ребята относились к Александру Михайловичу и его передаче, его умелым диалогам со своими учениками.
Апин В.А.: Дело в том, что в телепередаче, которую мы смотрели с большим удовольствием, не просто давались уроки. Там было общение.
Истомина Л.А.: Мне было лет 13-14. Александр Михайлович обращался ко мне на вы. После общеобразовательной школы, где масса фамилий, с нами были на ты. И вдруг такое бережное отношение к личности. Мне это было очень приятно. У нас с ним завязалось знакомство, переписка. Я не могла приехать в студию ТВ, и в основном общение было через письма. Когда я отсылала серию работ на ТВ, он в очередной передаче их показывал, и мы общались уже с экрана. Когда стало тепло, Александр Михайлович устроил выездную передачу в саду юных натуралистов, за 3-й Советской. Он хотел провести урок на природе и посмотреть, как мы работаем с натуры,  потому  что  дети  из  районов, где много красивых мест, присылали рисунки — «срисовашки» с рисунков известных художников. Александр Михайлович не ругал, а очень тактично говорил: «Ребята, посмотрите, как у вас красиво рядом с домом».
Пашкина Т.А.: Камера наблюдала за ребятами, которые делали наброски, потом шла в ход краска, и появлялся законченный этюд. Мы наблюдали по ходу дела: Александр Михайлович переходил от участника к участнику, от мольберта к мольберту, делал какие-то правки, подсказывал ребятам. Любому, кто видел, как работает художник, всегда хочется остановиться и посмотреть через плечо художника: что же получается? Вот такой интерес оставался в каждой нашей передаче на выезде.
Апин В.А.: Я сталкивался во время преподавания в детской художественной школе и в студии с тем, что к 12-13 годам в основном у детей пропадает творческий порыв, желание рисовать. Александр Михайлович умел сохранить и это желание рисовать и ненавязчиво давал навыки. Это самое сложное. Важно не потерять любовь к рисованию и учиться мастерству, знаниям.
Истомина Л.А.: Когда у меня накопилось достаточно много работ, Александр Михайлович мне говорит: «Я хочу сделать выставку ваших работ в фойе кинотеатра «Пионер». И тогда я впервые почувствовала, что буду художником. До этого было любимое дело, увлечение. Когда мне подарили первый в жизни этюдник, я подумала, что с ним уже не расстанусь. Так и вышло. Это был для меня самый лучший подарок. С этим этюдником я училась в художественном училище, а потом мои дети ходили с ним в художественную школу.
Пашкина Т.А.: Александр Михайлович был личностью на ТВ, неповторимой личностью. Когда настало время, и ему было просто трудно работать в прямом эфире (а это практически всегда были прямые передачи), он не стал вести их. Мы пытались найти замену. Мы работали с его учениками. Мы пошли в художественное училище, были в детской художественной школе. Ведь в ней работают те, кто преподает детям. Казалось, делают одинаковую работу. Мы не нашли замену Александру Михайловичу Синицыну. Я думаю, в этом уникальность его как телеведущего и как прекрасного учителя рисования.
А. Ховайко

Владимир Репин, режиссер телевидения Саратова: "Моё ТВ — это люди и судьбы", реклама саратов, видеосъемка саратов, документальные фильмы Саратов, фото Саратов, фотосъемка саратов, свадьба саратов, производство презентационных фильмов, съемка рекламных роликов для показа на телевидении Саратова и Москвы
 

сейчас на сайте

Сейчас 44 гостей онлайн