студия Саратовтелефильм

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

Звукорежиссер Юрий Ключников

Воспоминания режиссера ГТРК "Саратов" Ларисы Егоровой о звукорежиссере студии документального кино "Саратовтелефильм" Юрие Ключникове (Татьяна Пашкина "Мое телевидение. Из истории Саратовского ТВ", Саратов, Кино - издательский центр "Саратовтелефильм" - "Добродея", 2007 г.) - архив студии.

Ключ

Быть может, фамильярно озаглавливать так воспоминания о человеке, без которого трудно представить Саратовское телевидение и кино. Он был какой-то неотъемлемой и очень важной деталью, которая движет бесперебойно все другие части механизма, являющего собой кинопроцесс. И в фамилии его, и в этом прозвище есть что-то характерное для человека мастерового, как говорят, «с руками заточенными». Вот это все о нем — Юрии Васильевиче Ключникове. По профессии звукорежиссер, а по сути — «человек-кино».
Во время монтажа фильма (а он был классным монтажером) по выходным либо по ночам, когда нет, разумеется, ни электриков, ни механиков точной аппаратуры, и не  дай  бог  выйдет  из строя монтажный стол, с Ключниковым можно не волноваться — обязательно докопается и отладит.
Однажды спросила: «Юрь Василич, а есть что-нибудь такое, что вы делать не умеете?» Отшутился: «Вот у моей матушки есть такая присказка: «Умная у тебя голова, Юрк, да дураку досталась. Смешно...»
Он обладал резким и самобытным юмором и умел это ценить в других. Он вообще умел ценить людей. Особенно за те качества, которые так необходимы в загадочной стихии кинопроизводства, — неспешность и самоотдачу. Ключ умел погружаться в замысел, заражался идеей, и дальше для него было сплошное наслаждение от процесса, когда сутки превращались в бесконечное временное пространство до последнего момента озвучания.
А  чаще  билет  на  поезд  в Москву на  сдачу  фильма  уже в кармане, а он все «оттачивает»: тут птичек подпустит, там звоночек подложит. «Юрь Василич, ну мы же опаздываем!..»
Зато потом закурит свою заслуженную папироску, снимет тяжелые толстые очки, потрет усталые умные карие свои глаза и спокойно скажет: «Вот ты знаешь, сейчас смотрю, а фильм-то покатится...» Он «выкатил» такое количество фильмов, что мог бы побить своеобразный рекорд (правда, никто не считал). Был звукорежиссером многих мультфильмов, созданных в творческом содружестве с художником и режиссером Ю.А. Заболотневым, был режиссером мульта «Вдоль да по речке...». Отдельный разговор — документальное кино и его режиссерский опыт в цикле фильмов о селе по сценариям В. Виноградского.
Да в общем все фильмы, где в титрах стоит фамилия Ключникова, можно считать  его.  Вспомню  один  из них — «Почерпни из родного колодца» по сценарию В. Казакова. Я была режиссером. Фильм посвящен песенному творчеству замечательного саратовского поэта Н.Е. Палькина, ставшего верным добрым другом всей съемочной группы. А команда собралась чудесная. Среди прочих талантливый кинооператор, одна из легенд Саратовского ТВ, очень обаятельный человек и просто красивый мужик Лев Львов (Лев Степаныч, как предпочитал звать его Ключников). Так вот, когда Лев Степаныч собирал свою съемочную аппаратуру перед отъездом в экспедицию, можно было с наслаждением наблюдать, как любовно он упаковывает свои разные объективы с крышечками в специальные ячейки, кисточки и прочую очень необходимую «мелочь», будто бы никуда не спешим. А на нервное замечание звукооператора: «Лев, ну скоро ты?!» отвечал спокойно: «Вот ты рот захлопнул и поехал, а у меня вон всего сколько...»
Этого «сколько всего», помню, было и у Ключа. И на съемках это часто выручало, хотя формально-то его задача — качественный звук. Но он незримо и очень деликатно участвовал во всем съемочном процессе. Тем более что фильм был музыкальный, в нем были собраны оригинальные аранжировки дивной певицы, выпускницы Л.Л. Христиансена, Светланы Пановой. Это были ее обработки песен разных композиторов на стихи Н.Е. Палькина.
Разумеется, предполагался период звукозаписи. Ключников берет «Тонваген» (выездная звукозапись) и выбирает не профессиональную камерную студию, а живую, естественную акустику консерваторского зала. А чтобы не мешали проходя-щие троллейбусы, решил писать ночью, чтоб тишина была. Все это было похоже на шаманство, от всего происходящего, от неземного звучания музыки сердце падало, как в детстве на колесе обозрения. Женский вокализ, как плач, таинственный голос фагота, и вокруг этого обычная творчески-техническая возня. Тут и начинаешь понимать, что такое технология творчества. А еще —  что нет мастерства без страсти. Вот такие были открытия.
«Учиться можно, даже наблюдая, научить ничему нельзя, нет таких законов, есть технология и твое собственное «Я», — об этом мы говорили уже за монтажным столом. Монтажный период был особенным, упоительным, когда время останавливалось и, казалось, стрелки часов вздрагивали, когда звонила жена Юрия Васильевича Валентина и с тревогой напоминала, что людям иногда надо есть и спать. Он не сердился. Он вообще очень нежно относился к своей семье, внучке, дочери, зятю, жене. Он очень любил свою мать, и когда ее не стало, в ответ на соболезнование он неожиданно сказал: «Ты знаешь, я очень на нее обиделся — она не захотела жить…»
Мы все тоже «обиделись», когда не стало Юрия Ключникова. Были морозные дни, мало кому успели сообщить, говорят, наверное, ему было одиноко. В нем было все: доброта и агрессия, мудрость и простота, злость и великодушие… (можно перечислять и дальше), но никакой фальши.

Л. Егорова

 

сейчас на сайте

Сейчас 21 гостей онлайн